Бургундские мотивы
Да, вот казалось бы – причём тут Бургундия. Ну, так уж получилось.
Я вот уже много лет никак не мог сообразить, кого же мне напоминает Курбан Бекиевич. Знакомое какое-то лицо, вроде уже почти догадался, но в последний момент озарение ускользает из головы. Вероятно, так бы дальше мучиться и пришлось, если бы не случай.
Игра "Зенита" и "Рубина" выпала на 31 июля.
А именно в этот день всё прогрессивное человечество некоторое количество людей, подвинутых на истории гомосапиенсов, если не отмечает его день рождения, то хотя бы вспоминает о Филиппе III Добром – одном из ярчайших представителей бургундских Валуа. Герцог Бургундии, за свою жизнь успевший потроллить всех сильных мира того, благо и сам к ним относился. С одной стороны Филипп сдаёт англичанам Орлеанскую Деву, с другой – уже через каких-то пять лет осуществляет модернизацию внешней политики, кинув малолетнего ещё Генриха VI (бедного ребёнка из династической пробирки – дитя Генриха V и Екатерины Валуа) в пользу Карла VII. Мир-дружба с королём французским, правда, тоже на так чтобы надолго – именно у Филиппа нашёл пристанище справедливо опасающийся гнева папы (и отнюдь не ремнём по попе) дофин Луи – будущий Людовик Благоразумный, – у которого не очень вышло с Прагерией.
Так вот, вспомнив Филиппа Доброго и посмотрев на Бердыева, я понял – вот оно.
Одно лицо ведь, особенно учитывая, что во времена, когда ван дер Вейден делал свой портрет, цифровая фотография находилась ещё в зачаточном состоянии.
Нет, нельзя говорить, что жизненные пути этих людей идентичны. Например, я на все сто уверен, что Бабай никогда бы не сдал Жанну д’Арк, что привело её к повышенной температуре. А любитель роскоши и покровитель искусств Филипп ни за что не оделся бы в спортивный костюм, которым Курбан Бекиевич радует нас на выездных матчах (если это, конечно, не Лига, но на матчи Лиги и "петушки" в тумбочке остаются).
Но некоторое сходство угадывается. Так Филипп под шумок, пока Англия и Франция вот уже как почти сто лет крошили друг друга острым железом, прибрал к рукам половину Голландии и Бельгии – земли, не имевшие с Бургундией даже общих границ (впрочем, тогда это никому не мешало, в том числе испанцам чуть позже). Бердыевский же "Рубин" точно так же тихой сапой вдруг превратился в одного из лидеров российского футбола. Вроде бы в последние годы все отдавали должное силе казанцев, но это ведь так – всего лишь Казань. Не королевских кровей, всего лишь герцогство. А тут раз – и на тебе за два года Голландия с Бельгией – два чемпионства подряд и ведь уверенных, на классе. Пока остальные разбирались друг с другом, переживали собственные катастрофы, Бердыев как и Филипп утверждает собственный орден – не Золотого руна, но Золотой тюбетейки.
Впрочем, историческая аллюзия, которую, надеюсь, вы мне простите, не имела никакого отношения к главному матчу первого круга (так уж получилось по таблице), в котором Бердыеву предстояло встретиться со Спаллетти.
