Проблема мусора в полный рост. Не Индия, конечно, но все же. 

Интересно, что чем выше в горы, тем чище вокруг, и люди как-то аккуратнее выглядят. Особенно это заметно на перегоне между Куэнкой и Лохой. Там вроде не так чтобы и высоко, но симпатично и индейцы как картинки с фраером идут.

А ведь именно в этой местности вершилась история. Километрах в 10 к северу от нынешнего Оснабрюка в 9 году нашей эры произошло эпическое чукалово, получившее название "Битва в Тевтобургском лесу". Запамятовшим напомню, что в ходе многодневного сражения вождь херусков Арминий разбил три легиона под командованием Квинтилия Вара. Вообще Арминий считался верным союзником Рима, поэтому Вар не верил оперативной информации и откровенным доносам по поводу возможного предательства херусков. Поэтому когда пришло время выступать на зимние квартиры, а тут приходит весть о восстании убогих марсов, пропретор, подзуживаемый Арминием, решает по пути завернуть за Рейн и успокоить недоумков. Время же показало, что недоумком был совсем другой человек.

Вообще Арминий рисковал: первый день он атаковал римлян хотя и внезапно и на своей территории, но легионеры, хотя и несли значительные потери, отбились и разбили стандартный укреплённый лагерь. Положение у них было аховое: огромный обоз, отягощённый женщинами и детьми, не позволял отсиживаться. А к Арминию тем временем потянулись все окрестные племена, почувствовавшие возможность разжиться добычей. Римский хай-тек с доставкой на дом, фигли. В итоге Вар сжигает обоз и выступает в путь. Всё это сопровождается дождём и ураганным ветром. Когда колонна оказывается в Тевтобургском лесу, зажатая между холмом Калькризе и болотом, германцы совершают классический прыжок. Ливень и лесная теснина не давали римлянам использовать преимущества кавалерии, плотного строя и луков, легкая пехота херусков имела неоспоримое преимущество. Как следствие: три орла попали в немытые лапы германцев, Квинтилий Вар принял ещё не изобретённый ислам самостоятельным образом — очень не хотел в плен. На восстановление трёх легионов понадобилось больше десятилетия, продвижение же Рима в Германию было полностью остановлено, с тех пор латиняне лишь пытались удержать уже имеющееся. Октавиан Август был вынужден объявить тотальный призыв, так как существовала реальная угроза удара германцев уже по италийским землям и Галлии. И известная фраза Октавина оттуда же: "Квинтилий Вар, где мои легионы!!!"  Кстати, напоминает слова другого персонажа: "Венк! Где Венк?!"

А сам город сорганизовался на берегах реки Гаазе после того, как Карл Великий забабахал в 780 году епископство на пересечении торговых путей. Место было годное, поэтому город быстро разросся.

Городок небольшой — всего 165 000 немцев и какое-то количество иммигрантов светлой масти.

Тихо, спокойно. Летом, может быть, и шумно, хотя развитой туристической инфраструктуры обнаружить не удалось.

 Запорный шлюз. Фрагмент.

Граффити. Достойно очень.

Фрагменты:

В Оснабрюке родился и долгое время жил Ремарк. Да тот, который Эрих, и которая Мария одновременно. Его именем называют дома и улицы, да и вообще тут Ремарка дух, тут Ремарком пахнет.

Во время войны центр опять же был уничтожен почти полностью. Что-то восстановили, но чуть дальше от старого города, тем утилитарнее здания. Увы.

Ещё граффити. Не надо пытаться повторить ИРЛ. Бабочек не будет, поверьте человеку, листавшему множество уголовных дел на студенческой практике в прокуратуре. Фотографии последствий таких ранений совсем не навевают на мысли об энтомологии.

В Оснабрюке разрешено всё, что не запрещено. Не вариант, например, петербургского Голден доллс", где всем всё понятно, но суть стыдливо прячется за вывеской "клуб".

Зарисовка.

Официальные граффити.

Названьице.

Прозрение злодея. Не помню, как того звали. В центре точно Иисус.

В этом месте мы были отловлены молодящейся бабушкой родом с Украины. Приятная особа, напоминающая одесскую интеллигентку (по ощущениям, ибо таковых лично не встречал), поведала о том, что Вестфальский мир 1648 года был заключён вон в том белом здании с колоннами. Тот же самый мир был подписан и в Мюнстере, объяснение здесь простое: в Оснабрюке обсуждали и подписывали с протестантами, в Мюнстере — с католиками.

Вестфальский мир положил конец Тридцатилетней войне. Свара, начавшаяся между католиками и протестантами, переросла по сути в мировую войну, во всяком случае во всеевропейскую — однозначно. Религиозная составляющая, правда, быстро переросла в девиз: "А давайте наваляем Габсбургам". В Европе эта катавасия вылилась в однозначный пиздец, армии шатались туда-сюда, воевали все со всеми и на чужих территориях, не говоря уже про расцвет наёмничества. Каково жилось простому обывателю в таких условиях — угадайте сами. Грабежи, насилия, в довесок к этому постоянные эпидемии. Точных данных о людских потерях нет, но пессимистичные оценки говорят, например, о том, что погибло больше 2 000 000 солдат и 6 000 000 мирных жителей. Население Чехии сократилось с 2 000 000 до 700 000, Франция сократилась на миллион человек, в Германии же не досчитались чуть ли не 5 миллионов.

Так что подписание Вестфальского мира — это один из ключевых моментов в истории человечества. Помимо прекращения войны была основана и Вестфальская система, которая положила конец религиозным распрям, уравняв в правах католиков и протестантов, провозгласив веротерпимость. Было признано право государств, а не монархов на суверенитет, что также способствовало куда как более стройным взаимоотношениям.

Так что белый домик — очень ценный оказался.

Карта города в 3D. Мирами схватилась за шпиль, и…

…он стал выглядеть вот так.

Приятное место.

Цвета.

Или так:

Туристо.

Корзинка.

Едальни.

Рядом памятник и сквер, солнце, пиво, тепло. Кому памятник не знаю…

А вот за это архитектурное решение очень хочется кому-то оторвать руки и верхнюю задницу.

Домик.

Фрагмент.

Улица.

Изразцы.

Квадратура.

Катедраль.

Оформление парковки. Забавно.

Голландия близко, это чувствуется. Кстати, если будете в Голландии и захотите устроить дебош с дракой: найдите немца и скажите ему "Во ист майн фааррад?" Я гарантирую, что как минимум баттхёрт обеспечен, драка же вероятна более чем наполовину.

Ещё одна катедраль.

Такой вот городок. Я ему даже две записи посвятил, получается.

Сам город был построен на землях ангривариев, которые что-либо серьёзное тут так и не основали. В римских источниках встречаются упоминания о неких поселениях в верхнем течении Везера, но судя по всему это были классические пердяевки германского образца начала первого тысячелетия нашей эры. Полноценный штадт был основан в 787 году Карлом Великим, и поначалу это был епископский город с соответствующим управлением. Из-за этого Бремен уже через 100 лет был втравлен в церковную грызню, устроенную архиепископом Адальбертом, интриговавшим за отделение германской церкви от римской. По причинам, понятное дело, далёким от духовных.

В 1260 году Бремен присоединяется к Ганзе, и уже через сто лет горожане начинают понимать, что под архиепископом ходить западло, и начинается процесс постепенного посылания последнего нах. В итоге бременцы ставят на рыночной площади статую Роланда, строят ратушу и объявляют Бремен свободным городом. То есть со своим правосудием и налогообложением. Да здравствует феодальная раздробленность, которая позволяет такие шутки.

Во время ВМВ город был практически полностью уничтожен. К счастью, центр восстановили более менее близко к оригиналу.

 Но местные архитекторы вторгаются своими кривыми мозгами в средневековую архитектуру. Львы негодуэ!

Рыночная площадь и галерея ратуши. Пока без стекла и бетона.

 Туристо. Руди снимает Мирами на фоне Роланда.

С Роландом история занимательная. Первыми этот символ ввели именно в Бремене: статуя рыцаря, героизм которого по здравому размышлению граничит с идиотизмом, с обнажённым мечом стала означать, что город приобрёл статус и права вольного.

Ратуша означала примерно то же самое. После перестройки считается классическим образцом везерского ренессанса.

Детали.

Смысл этого памятника угадать не возьмусь. Рассуждать о художественной ценности постесняюсь.

Тут лучше, но смысл опять ускользает.

Везер. Набережная, плавучие рестораны. Надписи на мостиках, в них ведущие: не более 30 человек на мосту одновременно. То есть, бывает аншлаг.

Современная же архитектура зачастую навевает мысли о том, что даже массовые расстрелы не спасут чувство прекрасного в людях.

Фритц-кола. Название для "Маски-шоу", серии про войну.

Набережная Везера. Туристо. Вообще хорошая компания подобралась.

Сравнивать красоты Везера с красотами Невы не приходится, однако. Но мало какие набережные сравнятся с петербургскими.

Интересено назначение вот этих засовов. Вряд ли для швартовки. Идеи?

Первая половина марта. Места на улице непопулярны. Летом тут будет не протолкнуться, девушки с большой грудью и истинно-немецким декольте будут разносить пиво.

Пока же все сидят внутри…

…а пиво разносят брутальные мужчины.

"Построено на песке"

Графити.

Чуть выйдешь из центрального квартала – оказываешься в Хельсинки.

Бабушка с головой осла. Современное искусство, мать его.

Памятник Карпину, бггг

Фрагменты.

miramee готовится останавливать ФКСМ.

miramee останавливает Веллитона.

Зарисовка.

Памятник Слуцкому.

Бременские музыканты. Тот самый оригинальный памятник.

Под конец обнаружил, что 80-200 снова начал тупить фокусом в направлении ближнего конца. Судя по всему, скоро придётся менять, два ремонта уже было. Тестирование на движущемся объекте, Марь Сергеевна, извини, что таковым оказалась ты.

Администрация города Энсхеде поступила, следуя утренним пожеланиям. Во всяком случае к приезжим болельщикам отнеслись именно через эту фразу, но без "морген".

Дабы пресечь и не пущать, центр города просто был закрыт для приезжих. Всех, кто вызывал подозрение на наличие российского паспорта, отлавливали полицейские, переписывали данные документов и настоятельно рекомендовали следовать на стадион. Мы смогли отойти от вокзала метров на 500, после чего были остановлены местной разновидностью ментовского "козлика". Никакие уговоры, что, мол, нам только до ближайшего сувенирного магазина, не подействовали. От предложения сбегать за магнитиками самим (за деньги) полицейские тоже отказались. Использовать их бобик как такси до стадиона – тоже. Но это и к счастью, на наших глазах полицейские приняли местного (хозяева уже днём выглядели явно хуже приезжих) и запихнули в машину. Оттуда донеслась ругань. Кузов оказался полон местного жлобья, которое начало раскачивать козелок.

У стадиона же часа за 3 до матча всех начали сгонять в фан-зону. Еле отбрехался.

Забавный момент ещё: у вокзала решили взять такси, благо есть кнопка вызова. Заказываю на 5 щщей. Общаемся с оператором, выясняем цены и условия. Под конец он спрашивает, выиграем ли мы сегодня. Уже ответив, что постараемся, задумался: а устроит ли его такой ответ? Не пришлёт ли он за нами – болельщиками соперника – пять велосипедов? Но нет, прислал микроавтобус. Хотя можно было и не тратить 20 евро: контроля в электричке уже не было.

Поэтому завтрак был воспринят как чудо. 0,3 вайсбир – рулю не помеха. И плевать, что на завтрак свинина по паулански с клёцкой огромных размеров, картофельным пюре и острой капустой.

Ладно, теперь вернутся на юг – в Энсхеде. Правда, опять накрывается рабочее стекло – 80-200, как бы не пришлось вводить себя в грех непредвиденные расходы.

Ну и часть триптима до подобранного в Мюнстере его члена

Тот случай, когда не особо переживаешь за фотоаппарат, стоящий на поребрике. Тихий и спокойный городок, подробности позже.

И рассвет застаёт в городке Тубберген. Хозяин гостиницы добродушно желает проиграть сегодня вечером. Был план подрезать флаг "Твенте", висящий на его отеле, чтобы потом скурить его на секторе. Мне пофигу: я за рулём и на бровке.

Выезд получается не адовый, а вполне себе познавательный и интересный. Даже проблемы, возникающие по ходу дела (марш-бросок в Мюнстер подобрать человека, например) оборачиваются положительными эмоциями и опытом.

Особенно это впечатление усиливается порой ночною.

Проблема ночного Стамбула — отсутствие этой самой ночной жизни. В Султанахмете, который является основным местом притяжения туристов и путешественников, всё закрывается довольно рано. Удивило и малое количество мест, где можно было бы поздним вечером посмотреть футбол. И это при том, что на футболе турки вполне себе помешаны. Была обнаружена парочка пабов, но с местным колоритом: редко в каком английском пабе из пива вам предложат только "Эфес".

Чем меня турки несказанно порадовали, так это своим отношением к чувству собственного достоинства. Да, я именно к нему отношу то, что за две недели ни один абориген не потребовал у меня денег за то, что я его сфотографировал. При этом часто я взглядом спрашивал разрешения сделать кадр, все соглашались, о деньгах никто не заикался.

А так тёмными вечерами стамбульские турки занимаются самыми разными вещами.

Ждут трамвая…

Катаются на трамвае…

Сидят по сугубо местным шалманам, но часов в десять они начинают закрываться. Хотя хозяин со знакомыми может продолжать сидеть, словно он и не закрывался.

Торгуют всякой хренью…

Плавают на пароме в азиатскую часть города и обратно…

Снова сидят по шалманам…

Деревянные дома Стамбула в ночи выглядят совсем стрёмно. Хотя уровень преступности показался незначительным. Говорят, что могут покрасть кошелёк, но грабёж вроде бы явление нечастое. Хотя прогулка в ночи по "набережной" Босфора со стороны Султанахмета дала адреналинчику. Тёмная дорожка вдоль Кеннеди-роад — это жесть. На камнях у воды ночуют бомжи, какой-то турок выдаёт пощёчины то ли жене, то ли боевой подруге — за что не знаю, вмешиваться не стал. Женщина тумаки воспринимала смиренно, когда мужчина гордо подняв голову уходил, бежала за ним, пристраивалась чуть позади. Он снова что-то ей выговаривал, снова не сильно, но обидно бил по лицу, она снова бежала за ним. Чужие разборки, другая жизнь.

В общем, не ходите туда ночью, там и днём делать нечего по большому счёту. Лучше вернёмся в город.

Вообще "поздно вечером" в Стамбуле — это часов с девяти уже.

И по всему городу запах жареных каштанов.

Я от них, правда, не в восторге остался. Сладковаты на мой вкус.

Вот этот санитар пустыни летал где-то внизу подо мной над Тихим океаном. Пустыни — потому как между Икике и Токопийей Рута 1 хотя и ведёт вдоль океана, места для жизни всё равно непригодные: ни одного даже завалящего ручейка, узкая полоса пляжа упирается в стену плоскогорья Атакамы. В итоге сотни километров песчаного побережья — это безжизненные и неиспользуемые территории, омываемые холодным течением.

Вот что это за хохлатый долбоносик, я не знаю, но бегает смешно. Был пойман утром в Антофагасте.