Германия, Кёльн.
«Голубые крылья» (авиакомпания «Bluewings») вытряхнули наши тела в аэропорту Дюссельдорфа. Не самый формальный паспортный контроль, заселение в гостиницу, первый шницель на немецкой земле…
Сутки в Германии, которые пришлись на ожидание следующего рейса уже «Иберии» до Мадрида, было решено провести в посещении двух городов: собственно самого Дюссельдорфа, а главное — Кёльна. Поезд от одного вокзала до другого идёт чуть больше двадцати минут.
Кёльн известен… А чем собственно? Кёльнской ярмаркой, Кёльнским авторынком (когда-то основным поставщиком подержанных иномарок в западную половину России), Кёльнским же собором и памятником Мартину Лютеру, которые остались стоять почти неповреждёнными среди руин. Вообще авиация союзников прошлась по городу основательно: во всём Кёльне не набралось, наверное, и сотни уцелевших зданий. За это кёльнцы до сих пор не очень любят американцев.
Ещё Кёльн считается родиной одеколона. Сразу же признаюсь — так и не попробовал его на вкус (да-да, как-то в юности пробовали «Тройной» из интереса: гадость редкостная, не пошло).
Кёльнский собор больших восторгов не вызвал.
Скажем прямо: видали и повнушительнее. Но витражи красивые.
Сам Кёльн был отстроен наспех и несколько нелепо. Во многом напоминает Хельсинки — настолько же унылая архитектура. Редкие вкрапления старых зданий пожтому цепляют взгляд.
Декабрь — начало предрождественской лихорадки. Наверное, никто не празднует Рождество так искренне как немцы. Ярмарки в каждом городе — предмет отдельного исследования. Хватит на целый иллюстрированный альбом. Торгуют в основном снедью и всякой лабудой, которую в другое время никто бы и не купил. Но декабрь — это время тратить деньги на всякую чушь, даже несмотря на кризисы и прочие неприятности.
В ярмарочные ларьки с едой бегают даже клерки из близлежащих офисов. Кстати, всё свежее и безумно вкусное.
За всем этим безобразием следит только вчера выпиленный медведь.
Так как о сохранении архитектурного наследия думать уже поздно, строительство в центре идёт полным ходом.
Хотя кое-где немцы стараются и новоделу придать черты традиционного немецкого города. Хотя эта часть вроде как более менее уцелела. Или была восстановлена — теперь и не поймёшь, если не спрашивать аборигенов.
Чем ещё отличается Германия — странными памятниками.
Рейн — одна из самых больших рек Европы. Мутненький, грязненький. Но Рейн.
Тут наливают «Лёвенброй». Уличные столики пустуют, а газовые обогреватели потушены. Вообще тема газа в Европе сейчас актуальна. Везде царит промозглость: европейцы откровенно экономят на отоплении. В ресторанчике при гостинице, куда зашли обогреться, хозяин внимательно выслушивал агента газовой компании, который пел пангерики новым тарифам. Уже позже, гуляя по Барселоне, Машка слышала разговоры испанок, в которых упоминались слова «газ» и «Россия». Ещё чуть-чуть, и к этому набору добавится «Украина».
На обратном пути к вокзалу ярмарка слегка проапгрейдилась. Добавилась фигура, кланяющаяся при попадании монетки в коробку под ней. Народу был интересен принцип действия, поэтому монетки сыпались с завидной периодичностью.
Вокзал в Кёльне тоже напоминает вокзал в Хельсинки. Снаружи он смотрится просто нелепо, убивая и так невзрачнуюю площадь перед собором.
Но внутри — очень даже симпатично. Не «Французский вокзал» в Барселоне, но ничего так.
Поезда в Германии не самые дешёвые. Но организация движения и сами составы — высший уровень. Как и вся система общественного транспорта.
Ну вот кто бы смог определить в этом интерьере, что это всего лишь вагон сидячей дальней электрички второго класса.
